«Диверсия» без диверсионного мотива: кубанцу дали 12 лет за поджог релейных шкафов без жертв

Краснодарский краевой суд приговорил жителя региона Арсанали Мутукова к 12 годам лишения свободы по делу о поджогах объектов железнодорожной инфраструктуры. Первые три года он проведёт в тюрьме, оставшийся срок — в колонии строгого режима. Приговор пока не вступил в законную силу.

Суд признал Мутукова виновным по статьям о покушении на диверсию и диверсии (ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 281 и п. «б» ч. 2 ст. 281 УК РФ). По версии следствия, в январе 2024 года мужчина, находясь в поисках работы, получил через мессенджер предложение о «заработке» — за поджог металлических релейных шкафов, установленных вдоль железнодорожных путей и отвечающих за безопасность движения поездов.

15 марта 2024 года он попытался поджечь релейный шкаф в районе платформы ЗИП в Краснодаре, однако, испугавшись прохожих, не довёл задуманное до конца. Уже на следующий день поджог был совершен, а видеозапись отправлена куратору. За это, как указано в материалах дела, на карту Мутукова поступили 33 тысячи рублей. Второй эпизод произошёл 27 июня 2024 года — на перегоне между станциями «Краснодар — Сортировочный парк ЭЦ-2» и «Пашковская». За этот поджог он получил ещё 35 тысяч рублей.

Мутуков был задержан сотрудниками УФСБ по Краснодарскому краю. В суде он полностью признал вину и раскаялся.

При этом в официальном сообщении суда не приводятся сведения о наступлении аварий, крушений поездов или гибели людей в результате поджогов. Также в пресс-релизе не раскрывается информация о доказанной связи подсудимого с иностранными спецслужбами или о конкретно сформулированной цели подрыва обороноспособности страны — именно эти признаки лежат в основе квалификации деяния как диверсии.

Несмотря на это, суд квалифицировал действия Мутукова по статье 281 УК РФ. Эта норма предполагает наличие умысла на подрыв экономической безопасности и обороноспособности государства. Из опубликованных судом данных при этом не следует, что подсудимый действовал по политическим мотивам или осознавал свои действия как участие в диверсионной деятельности. Его мотив в материалах дела описывается как корыстный — получение денежного вознаграждения.

Редакция подчёркивает: повреждение объектов транспортной инфраструктуры — опасное и уголовно наказуемое деяние, которое потенциально может создавать угрозу для пассажиров и работы железной дороги. Государство вправе пресекать подобные действия и привлекать виновных к ответственности.

Однако вынесенный приговор вновь поднимает вопрос о квалификации таких дел и соразмерности наказания. В последние годы в России всё больше дел о поджогах военкоматов, административных зданий и инфраструктурных объектов квалифицируются по наиболее тяжёлым «государственным» статьям — о диверсии или терроризме. Как правило, речь идёт об одиночных исполнителях, действующих за небольшое вознаграждение или по личным мотивам, без публично подтверждённого политического или военного умысла.

После начала полномасштабной войны против Украины число таких дел резко выросло. При этом вопрос о балансе между обеспечением безопасности и принципом справедливости наказания всё чаще остаётся без публичного обсуждения — как и ответственность организаторов и заказчиков подобных действий.